Состав клеветы Обращение гражданина в различные государственные и общественные органы в целях защиты своих прав и охраняемых законом интересов, является реализаций его конституционного права и не могут расцениваться как распространение заведомо ложных сведений
Приговором суда № 2 г.Атырау Атырауской области от 15 декабря 2017 года: К., ранее не судимая, осуждена по части 1 статьи 130 Уголовного кодекса Республики Казахстан (далее – УК) к штрафу в размере 500 месячных расчетных показателей (далее – МРП) на сумму 1 134 500 тенге. Приговором суда К. признана виновной в том, что она, являясь сотрудницей ГУ «Управление физической культуры и спорта Атырауской области», путем направления обращений в уполномоченные органы, распространила заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство, руководителя ГУ «Управление физической культуры и спорта Атырауской области» Б. Постановлением судебной коллегии по уголовным делам Атырауского областного суда от 8 февраля 2018 года приговор суда оставлен без изменения. Председателем Верховного Суда по результатам рассмотрения ходатайства осужденной К. внесено представление о пересмотре судебных актов в кассационном порядке ввиду нарушения единообразия в толковании и применении судами норм права, повлекшего осуждение невиновного лица. В представлении Председатель Верховного Суда указывает, что обращения К. к председателю Агентства по противодействию коррупции и по делам государственной службы Республики Казахстан К., Генеральному Прокурору Республики Казахстан А., депутату Сената Парламента Республики Казахстан Н., Премьер-Министру Республики Казахстан С. является реализацией ее конституционного права с целью защиты своих прав и охраняемых законом интересов и эти действия не могут рассматриваться как распространение К. заведомо ложных сведений. Как следует из приговора, К. признана виновной в том, что, являясь сотрудником ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области", обращалась с заявлениями: - 2 октября 2016 года в адрес председателя Агентства по противодействию коррупции и по делам государственной службы Республики Казахстан; - 27 апреля 2017 года к депутату Сената Парламента Республики Казахстан Н.; - 3 июля 2017 года в адрес Премьер-Министра Республики Казахстан, в которых указывала о том, что Б., будучи руководителем ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области", являясь должностным лицом и человеком акима Атырауской области, злоупотребляя своими полномочиями, незаконно уволил ее, подверг гонениям, задел ее честь и достоинство, незаконно уволил сотрудников ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области" И., К., Е., совершив коррупционные действия.
Состав клеветы Обращение гражданина в различные государственные и общественные органы в целях защиты своих прав и охраняемых законом интересов, является реализаций его конституционного права и не могут расцениваться как распространение заведомо ложных сведений
Суд пришел к выводу о том, что К. осознавала заведомую ложность сообщаемых ею сведений и тем самым оклеветала Б., что было обосновано следующими доказательствами: - результатами проверок, проведенных по обращениям К. об отсутствии нарушений требований законодательства со стороны Б.; - решением Атырауского городского суда от 13 января 2017 года об отказе в удовлетворении иска К. к ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области" о признании незаконными и отмене уведомления от 29 августа 2016 года о сокращении должности заместителя руководителя управления и предложения должности главного специалиста отдела организационно-массового спорта, восстановлении в прежней должности заместителя руководителя ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области", взыскании морального вреда в размере одного миллиона тенге; - решением Атырауского городского суда от 11 октября 2017 года, которым иск Б. к К. о защите чести, достоинства и деловой репутации и возмещении компенсации морального вреда удовлетворен частично. Однако указанные выводы суда не основаны на законе. По смыслу закона уголовная ответственность за клевету по статье 130 УК, наступает лишь в случае, когда установлено наличие обязательного элемента данного состава преступления – заведомая ложность распространяемых сведений и наличие прямого умысла на их распространение. Заведомость означает, что виновный сознает, что сведения, которые он распространяет, являются действительно ложными и не соответствующими реальности. В случае, когда лицо, предполагая достоверность сообщаемых им сведений, добросовестно заблуждается относительно их подлинности, эти действия не образуют состава клеветы. Между тем доказательств, подтверждающих то, что К. достоверно знала о ложности сведений и имела умысел на их распространение, не установлено. Обвинение основано только на обращениях К. в различные государственные учреждения и судебных решениях. Доводы К. о том, что, обращаясь в уполномоченные органы, она сообщала о допущенных нарушениях со стороны Б. и не имела умысла оклеветать Б., а лишь хотела защитить свои права и охраняемые законом интересы, не опровергнуты. Так, К. утверждает, что изложенные в ее обращениях сведения не являются общеизвестными, которые не нуждаются в доказывании. То есть К. не могла знать о недостоверности изложенных ею сведений, поскольку основывалась на той информации, которая была ей известна, и излагала свое мнение. К примеру, относительно командных перемещений в акимате Западно-Казахстанской области, о чем она писала в обращении в адрес Премьер-Министра от 3 июля 2017 года, К. утверждает, что такие публикации имеются в интернет-ресурсах. Касательно действий Б. в отношении женщины-предпринимателя, выигравшей закуп, о чем К. изложила в обращении в адрес депутата Сената Н. от 27 апреля 2017 года, она указывает, что эти сведения основывались на содержании статьи «Совсем не спортивная история», опубликованной 1 декабря 2016 года в газете «А». К. указывает, что в обращении в адрес Премьер-Министра С. от 3 июля 2017 года она изложила свое мнение относительно злоупотреблений со стороны Б., связанных с незаконным переводом ее с должности заместителя начальника на должность главного специалиста, поскольку она в этот период была нетрудоспособна, а перевод во время временной нетрудоспособности запрещается. Также в данном обращении К., изложив сведения об увольнениях специалистов, спрашивала, правильно ли, что Б. не дает работать подчиненным работникам, и ее высказывания не носили характер утверждения.
По мнению К., работники отдела Д., Е., И., проработавшие многие годы, написали заявления об увольнении не по собственной инициативе, поэтому она считает, что их увольнение произошло с ведома Б. Решением Атырауского городского суда от 13 января 2017 года по иску К. к ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области" установлено, что действительно в связи с отсутствием заявления К. об увольнении с занимаемой должности заместителя начальника Управления, приказом руководителя от 16 октября 2016 года № 170ж К. была назначена главным специалистом отдела организационно-массового спорта Управления с 6 октября 2016 года. В этот период, то есть с 20 сентября 2016 года по 16 декабря 2016 года, К. находилась на амбулаторном лечении согласно листкам о временной нетрудоспособности. Таким образом, у К. были основания предполагать о незаконности ее перевода с занимаемой должности. Как видно из заключения служебного расследования, проведенного в отношении Б., руководителя Управления физической культуры и спорта Атырауской области, заявление Д. об увольнении по собственному желанию было зарегистрировано 13 сентября 2016 года, хотя в этот период он находился в очередном трудовом отпуске. После этого Д. на имя руководителя Управления Б. было подано заявление об утрате силы зарегистрированного приказа от 13 сентября 2016 года № 141. Также установлено, что заявление руководителя отдела И. об освобождении его с работы по собственному желанию было зарегистрировано 1 сентября 2016 года, затем с 26 сентября по 6 октября 2016 года он находился на лечении в связи с временной нетрудоспособностью и 7 октября 2016 года приказом руководителя управления Б. за № 173 И. был уволен. Обстоятельства увольнения указанных работников могло создать предположение у К. о том, что указанные работники незаконно уволены. При таких обстоятельствах доводы К. об отсутствии у нее умысла на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, не опровергнуты. Невиновность в совершении уголовного правонарушения должна быть опровергнута только посредством процедур, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, только в рамках уголовного судопроизводства и только в результате самостоятельного исследования фактических обстоятельств, образующих признаки состава уголовного правонарушения, независимо от имеющихся решений по гражданским делам либо результатов проведенных ведомственных проверок, где эти признаки уголовного правонарушения не были и не могли быть предметом исследования. Решения судов по гражданским делам:
Атырауского городского суда от 13 января 2017 года по иску К. к ГУ "Управление физической культуры и спорта Атырауской области", Атырауского городского суда от 11 октября 2017 года по иску Б. к К. о защите чести, достоинства и деловой репутации и компенсации морального вреда, также заключения проверок по обращениям К., на которые суд ссылается в приговоре, не могут служить доказательством вины К. по данному уголовному делу. Согласно статье 127 Уголовно-процессуального кодекса Республики Казахстан (далее – УПК), фактические обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением суда, разрешившего дело в гражданском судопроизводстве, не предрешают выводов суда о виновности данного лица по уголовному делу. Судебное решение, разрешившее дело в гражданском судопроизводстве, не может препятствовать рассмотрению уголовного дела на основе принципа презумпции невиновности лица, обвиняемого в совершении уголовного правонарушения.
По делу отсутствует совокупность других доказательств, кроме обращений К., заключений проверок по ее обращениям и решений по гражданским делам, которые подтверждают вину К. Сторона частного обвинения не представила достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что К. умышленно распространила заведомо не соответствующие действительности сведения, порочащие честь и достоинство Б. Выводы суда в приговоре о том, что со стороны подсудимой К. не представлены доказательства правдивости высказываний в своих обращениях в уполномоченные органы о коррупционных деяниях Б., не основаны на законе. В соответствии со статьей 77 Конституции Республики Казахстан и статьей 19 УПК никто не обязан доказывать свою невиновность, неустранимые сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу. Изложенные конституционные положения по данному делу судом первой инстанции не были соблюдены. К тому же К. вправе обращаться в государственные органы и сообщать о нарушениях закона. Поэтому ее обращения к председателю Агентства по противодействию коррупции и по делам государственной службы Республики Казахстан К., Генеральному Прокурору Республики Казахстан А., депутату Сената Парламента Республики Казахстан Н., Премьер-Министру Республики Казахстан С. не могут расцениваться как распространение не соответствующих действительности сведений. При таких обстоятельствах в действиях К. не установлен состав уголовно-наказуемого деяния, предусмотренного частью 1 статьи 130 УК. Кроме того, судом нарушен язык судопроизводства. Так, постановлением суда от 23 ноября 2017 года язык судопроизводства по делу установлен русский, соответственно, производство по делу должно осуществляться на русском языке. Однако имеющиеся материалы дела на государственном языке не были переведены на язык судопроизводства, что является существенным нарушением требований статьи 30 УПК. Более того, как видно из описательной части приговора, судом не установлены преступные действия К. Согласно статье 397 УПК, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание уголовного правонарушения, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствий уголовного правонарушения.
Тогда как в описательной части приговора судом, со ссылкой на постановление суда от 20 ноября 2017 года о принятии в производство суда жалобы частного обвинения Б. о привлечении К. к уголовной ответственности по части 1 статьи 130 УК, приводятся только доводы данной жалобы, а не признанное судом доказанным описание уголовного правонарушения. На основании изложенного судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда отменила судебные акты местных судов в отношении К. за отсутствием в ее действиях состава преступления, производство по делу прекращено. Признано за К. право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов, ведущих уголовный процесс. Представление Председателя Верховного Суда Республики Казахстан удовлетворено.
Внимание!
Адвокатская контора Закон и Право, обращает ваше внимание на то, что данный документ является базовым и не всегда отвечает требованиям конкретной ситуации. Наши адвокаты готовы оказать вам помощь в юридической консультации, составлении любого правового документа, подходящего именно под вашу ситуацию.
Для подробной информации свяжитесь с Юристом / Адвокатом, по телефону; +7 (708) 971-78-58; +7 (700) 978 5755, +7 (700) 978 5085.
Адвокат Алматы Юрист Юридическая услуга Юридическая консультация Гражданские Уголовные Административные дела споры Защита Арбитражные Юридическая компания Казахстан Адвокатская контора Судебные дела
