Комментарий к статье 158. Недействительность сделки, содержание которой не соответствует требованиям законодательства Гражданского кодекса Республики Казахстан

Комментарий к статье 158. Недействительность сделки, содержание которой не соответствует требованиям законодательства Гражданского кодекса Республики Казахстан
Важнейшее требование к сделке - ее полное соответствие закону. Комментируемая статья при этом имеет в виду не всякие нарушения закона, многие из которых служат основаниями недействительности сделок в силу ст. 159 ГК и иных законодательных правил. Комментируемая статья направлена против несоответствия закону содержания сделки, то есть против открытого противозакония. Здесь могут быть условия сделки, предусматривающие совершение преступления, уклонение от исполнения императивных правил закона, продажу частным лицам предметов, изъятых из оборота, и пр.
Однако одно лишь отсутствие в законе нормы, разрешающей совершать сделки подобного рода, не может вести к ее недействительности.
К противозаконным приравниваются сделки, заведомо противные основам правопорядка и нравственности.
Данная норма призвана восполнить возможную неполноту закона в области защиты наиболее важных интересов общества. Поэтому при ее применении может отсутствовать ссылка на то, какой конкретный закон нарушен участниками сделки, что требует особой осторожности признания недействительности сделки по данным основаниям. Необходимо также доказательство того, что участники сделки хорошо понимали ее противозаконную или антиморальную направленность.
И все же рассматриваемая норма весьма целесообразна, особенно в то время, когда правовая система страны еще не достигла нужного уровня полноты и стабильности.
Например, директор государственного предприятия заключает с частной фирмой невыгодную для предприятия сделку, но весьма выгодную для фирмы, принадлежащей близкому к директору лицу.
Комментируемая статья предусматривает новое для нашего законодательства требование, запрещающее юридическому лицу требовать признания по корыстным мотивам недействительности сделки, которую заключил орган юридического лица с нарушением компетенции, установленной его учредительными документами. Здесь легко проследить связь комментируемой статьи с п. 4 ст. 44 ГК.
По указанным мотивам недопустимо удовлетворение требования и физического, и юридического лица, сознательно нарушивших законодательство при заключении сделки, а затем, ссылаясь на свое же нарушение, требующих признания ее недействительности.
Например, один из алматинских банков открыл российской компании депозитный счет, на который на год была положена под проценты большая сумма денег. Когда же клиент по истечении срока попытался получить свои деньги, банк заявил, что при открытии депозитного счета были допущены нарушения банковских правил, поэтому сделка должна быть признана недействительной, и он (банк) готов вернуть клиенту всю сумму, полученную для зачисления на депозитный счет. Арбитражный суд отказал в требовании банка.
Рассматриваемая норма соответствует принципу, хорошо известному зарубежному праву: "Not go to Court with dirty hands" (нельзя идти в суд с грязными руками).
Вместе с этим нельзя отмахнуться от того, что сделка, предусмотренная п. 2 настоящей статьи, объективно может нарушать требования законодательства независимо от намерений ее участников. И это связано не только с частными интересами участника, совершившего такое нарушение, но и с публичными интересами.
Это позволяет сделать вывод, что сделка, нарушающая требования законодательства, не может быть признана недействительной по иску того, кто совершил нарушение и стремится использовать факт нарушения в собственных частных интересах. Но нарушение, задевающее публичный интерес, может послужить основанием признания сделки недействительной по иску лиц и органов, представляющих публичные интересы (лицензионный орган, налоговый орган, прокуратура).
Статья 174 ГК РФ предусматривает сходное основание признания сделки недействительной, но при важном ограничительном условии. Признание недействительной сделки, совершенной органом юридического лица с явным нарушением его полномочий, возможно по требованию того, в чьих интересах установлены ограничения полномочий, лишь при условии, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о таких ограничениях.
Пункт 3 комментируемой статьи устанавливает еще одно правило, ранее не содержавшееся в нашем законодательстве, специально направленное на защиту кредиторов, чьи интересы были нарушены недобросовестным должником. Сделка может быть признана недействительной при условии, что она совершена с целью уклонения лица от исполнения обязательства, от ответственности перед третьими лицами или государством.
В прошлые годы сделки подобного рода определялись как совершенные в обход закона. Примерами могут послужить продажа, дарение или иная форма отчуждения имущества, которое, как опасается его собственник, может быть предметом взыскания по долгам, конфискации и т.п. Нередко сделки, указанные п. 3, совершаются в связи с ожидаемым возбуждением дела о банкротстве либо с целью создать видимость банкротства (лжебанкротства). Необходимым условием применения данной нормы является ненадлежащее поведение другого участника сделки (приобретателя имущества). Поэтому в случаях, когда такой участник не знает и по обстоятельствам дела не должен знать о намерениях отчуждателя имущества, сделка не должна признаваться недействительной, ибо это нарушило бы правомерные интересы приобретателя отчужденного имущества.
Из точного смысла ст. 158 п. 3 вытекает также, что иск о признании сделки недействительной может быть предъявлен заинтересованным лицом (например кредитором, компетентным государственным органом), но не лицом, продавшим имущество. Это, в свою очередь, означает, что отчуждатель имущества не вправе требовать признания сделки недействительной, даже если его опасения о возможном обращении взыскания на такое имущество окажутся беспочвенными.
Иск, направленный на признание сделки недействительной по указанным мотивам, нередко называют Паулианов иск (по имени римского юриста).
Комментарии Гражданский кодекс Уголовно-процессуальный кодекс Уголовный кодекс Нормативное постановление верховного суда Уголовное законодательство Нормативно правовые акты Республики Казахстан 
Комментарий подготовлен в рамках программы научно-практических исследований Научно-исследовательского центра частного права Казахского государственного юридического университета. 
Руководитель рабочей группы по подготовке проекта Гражданского кодекса Республики Казахстан член-корреспондент Академии наук Республики Казахстан, профессор Сулейменов М.К
Заместитель руководителя профессор Басин Ю.Г.